Norway | Норвегия
Вся Норвегия на русском/Литература Норвегии/О писателях Норвегии/"Cовременные" романы Сигрид Унсет/
Сегодня:
Сделать стартовойСделать стартовой Поставить закладкуПоставить закладку  Поиск по сайтуПоиск по сайту  Карта сайтаКарта сайта Наши баннерыНаши баннеры Обратная связьОбратная связь
Новости из Норвегии
О Норвегии
История Норвегии
Культура Норвегии
Mузыка Норвегии
Спорт Норвегии
Литература Норвегии
Кинематограф Норвегии
События и юбилеи
Человек месяца
Календарь
СМИ Норвегии
Города Норвегии
Губерния Акерсхус
Норвегия для туристов
Карта Норвегии
Бюро переводов
Обучение и образование
Работа в Норвегии
Поиск по сайту
Каталог ссылок
Авторы и публикации
Обратная связь
Норвежский форум

рекомендуем посетить:



на правах рекламы:




Норвежские авторыСтатьи о литературеЛитературные события
Норвежская классика О писателях Норвегии Слово переводчика
Поэзия НорвегииЛитература Норвегии: краткая историяКниги и переводная литература
Норвежские сказкиГамсун-2009 

"Cовременные" романы Сигрид Унсет

Предисловие Элеоноры Панкратовой к сборнику романов Сигрид Унсет (Унсет Сигрид. Фру Марта Оули. Весна: Романы. - М.: прогресс-Традиция, 2003).

 

Сердца человеческие неизменны во все времена...

Сигрид Унсет

 

Романы «Фру Марта Оули» (1907) и «Весна» (1914) принадлежат к циклу так называемых «совре­менных романов» прославленной норвежской писа­тельницы, лауреата Нобелевской премии (1928) Сиг­рид Унсет.

Названы они так в противоположность романам о средневековье: «Кристин, дочь Лавранса» (1920-1922) и «Улав, сын Аудуна из Хествикена» (1925-1927), действие которых отнесено соответственно к XIV и ХII веку. За первый из них Сигрид Унсет и получила выс­шую награду; роман вскоре был переведен на русский язык и пользовался большой популярностью.

Причина такого интереса, как мне кажется, в не­обыкновенно ярком, психологически убедительном изображении характера героини, движимой страстью и одновременно обладающей неизменным чувством собственного достоинства. Будучи дочерью археолога и глубоким знатоком древних саг, Сигрид Унсет сумела с удивительной достоверностью воссоздать исто­рическое полотно, но все же главное, что привлекло к ней читателей-женщин, - они узнавали в Кристин, дочери средневекового норвежского крестьянина, се­бя, а в ее женской судьбе, так или иначе, свою соб­ственную.

На поверхностный взгляд сегодняшнего искушен­ного читателя «современные романы» Сигрид Унсет могут показаться пресными, лишенными острых сю­жетных поворотов, сентиментальными, быть может, он даже не сразу заметит или не заметит вообще (на фоне сегодняшнего агрессивного чтива, видео, теле ­и кинозрелищ), что они пронизаны тонким эротиз­мом. Не нужно забывать, что прошло почти сто лет со времени их написания, а жизнь меняется стреми­тельно: то, что кажется теперь тривиальностью и банальностью, не было таковым сто лет назад (скажем, и какой-нибудь коврик с изображением плывущих по озеру лебедей не всегда был китчем). И сейчас повсю­ду люди с трогательной нежностью относятся к ста­ринным вещам: посуде, фарфоровым статуэткам, тро­гательным открыткам. Это надо иметь в виду при чтении романов.

Впрочем, мне романы Сигрид Унсет кажутся увле­кательными, как сама человеческая жизнь. Хочется надеяться, что так их и воспримут читатели.

Творчество Сигрид Унсет относится к тому периоду в искусстве, который называют и декадансом, и неоро­мантизмом, и fin de siecle (концом столетия), а в Рос­сии - Серебряным веком. В терминологической сумя­тице порой трудно разобраться, конечно же, важна суть. Это была эпоха стиля модерн и символизма, ког­да наиболее четко, осознанно проявилось стремление к разрушению старой эстетики прямолинейного правдоподобия, предчувствие мировых катаклизмов, а вместе с этим и обострение чувства ценности бытия. Основной стилистической доминантой стала декоративность. При этом для той эпохи, как никогда, характерно сближе­ние различных видов искусства: литературы, живопи­си, музыки, танца, и что особенно важно - искусства слова и изобразительного искусства. В России эти черты мы находим в прозе Бунина, Куприна, стихах Белого, Блока, Брюсова, в живописи Борисова-Мусатова, Врубеля, Билибина, музыке Стравинского, Скрябина.

«Как я начала сочинять? Дух мой томился в тем­нице, имя которой женщина, пока меня не осенило взять листок бумаги и начать писать». Эти слова ро­доначальницы «женской» норвежской литературы Ка­миллы Коллет (1813-1895) вполне могли бы стать эпиграфом к творчеству Сигрид Унсет.

Норвегия дала миру Ибсена, Бьёрнсона, Гамсуна. Но не каждый знает о том, что ее прославили также и женщины-писательницы, и среди них прежде всего Сигрид Унсет, которую один из современных исследо­вателей назвал «женским лицом Норвегии».

Сигрид Унсет родилась 21 мая 1882 года в городе ICалунборге в Дании в семье известного норвежского археолога Ингвалла Унсета. Отец Сигрид Унсет - не­заурядная личность, уже к двадцати восьми годам известный ученый, автор фундаментального труда «Начало железного века в Северной Европе» (1892).

Мать писательницы, Анна Шарлотта Гют, датчанка, получившая хорошее образование, была духовно близка своему мужу, она стала его верной помощницей: переводила на французский язык его ученые труды, а главное, с научной точностью и достоверностью делала зарисовки предметов, найденных на раскопках. Сохранил ась фотография годовалой Сигрид, так похожей, по воспоминаниям близких, на ангелочков с картин Рафаэля или Тициана. Она была первенец и любимица отца, он даже разрешал ей играть терракотовой лошадкой, одной из археологических находок прославленного Генриха Шлимана, подаренной им норвежскому коллеге.

Уже в самые юные годы проявилась незаурядная натура Сигрид, еще ребенком она начала рисовать, а потом и сочинять стихи. Она рано осознала себя творческой личностью и поначалу мечтала стать художницей. Судьба свела тринадцатилетнюю Сигрид с норвежским художником-романтиком Теодором Киттельсеном, особенно прославившимся своими иллюстрациями к сказкам «норвежских братьев Гримм» П. Асбьёрнсону и Й. Му. Семьи Киттельсена и Шарлотты Унсет были, выражаясь современным языком, соседями по даче. Через маленькую дочку художника Сигрид имела возможность показать ему свои рисунки и поделки: бумажные замки с открывающимися окошками и дверками. Внимательно рассмотрев их, Киттельсен произнес следующее: «Увы, бедняжечка, талант у тебя есть ... Но не становись художницей, милое дитя, нет в этом никакой радости. Вечное недовольство собой, стремление что-то улучшить ... Вечное стремление к недостижимой цели. Кроме того, художника часто ждут унижение, бедность, интриги и сплетни. Да, девочка, талант - это не радость, а проклятие». Из всего сказанного Сигрид восприняла только одно: у нее есть талант, и она была счастлива.

Молодые годы писательницы едва ли можно назвать безоблачными. После смерти отца, оставившего Шарлотту вдовой с тремя детьми, на Сигрид фактически легло бремя заботы о матери и младших сестрах. Красивая молодая девушка, умная, с сильным и даже своенравным характером, была вынуждена заниматься штопкой, носить старомодные платья, зарабатывать на хлеб.

Чтобы сестры могли учиться, она стала конторской служащей. Писать в эти годы ей приходилось в основном по ночам, в целом жизнь Сигрид была достаточно однообразной, ей не хватало событий, впечатлений: «Я жажду настоящей жизни, ведь мне хочется творить, а я так мало знаю жизнь». С другой стороны, именно творчество давало ей возможность создавать тот мир, который в какой-то мере заменял ей в те годы реальную жизнь. И только тогда, когда обе ее сестры, Ранхилд и Сигне, стали вполне самостоятельными, она смогла оставить опостылевшую за десять лет службу.

Это произошло в 1907 году - после издания ее первого романа «Фру Марта Оули».

Выход в свет этого романа знаменовал подлинный дебют писательницы (до этого ее перу принадлежала публикация в газете «Афтенпостен», полемический отклик на статью «Женщина, сотворенная мужчиной», связанную с обсуждением проблем женской эмансипации). Двадцатипятилетняя незамужняя конторская служащая Сигрид Унсет опубликовала написанный от первого лица роман «Фру Марта Оули», начинавшийся с весьма интригующей фразы: «Я изменила своему мужу». Первоначально рецензент крупнейшего норвежского издательства «Аскехауг» написал, что «роман недостаточно хорош для публикации, хотя дебютантка заслуживает поощрения».

Младшая сестра Сигрид, Сигне, настояла на том, что «они не должны сдаваться», и показала рукопись знаменитому драматургу Гуннару Хейбергу, центральное место в творчестве которого занимала тема любви, брака и утвердившегося двойного стандарта в морали для мужчины и для женщины. По прошествии нескольких месяцев Хейберг рекомендовал ее роман для издания. Успех был ошеломляющим. Сигрид Унсет сразу же стала известной писательницей и получила государственную литературную стипендию для путешествия за границу. Она отправилась в Италию.

Героиня романа, Марта, выходит замуж по любви, но постепенно серые будни разрушают ее чувство. Марте начинает казаться, что они с мужем разные люди, что между ними никогда не было подлинного взаимопонимания. Теперь Отто Оули для нее уже не «прекрасный спортсмен, дитя природы, замечательный, удивительный человек, принадлежащий стихии и вольному воздуху», а прагматик, лишенный всякого романтического ореола. Она влюбляется в его друга и компаньона Хенрика. Отто заболевает туберкулезом и умирает. Отчаяние Марты беспредельно, она испытывает глубокое раскаяние, считая, что осквернила святость домашнего очага и что смерть мужа - ее расплата за измену. Став вдовой, она решает расстаться с Хенриком и взять на себя все бремя забот о детях (при том, что один из них - ребенок Хенрика). Как видим, она поступает совсем не так, как героиня «Кукольного дома» Ибсена. Та бросает вызов судьбе и обретает чувство свободы, уйдя от мужа и даже от детей. У Сигрид Унсет Марта, напротив, по той же причине остается с детьми, отказываясь от любви и поддержки близкого человека.

Книга имела большой успех. И критику, и читателей поразила как зрелость ума молодой дебютантки, так и глубина проникновения в психологию женщины - при том что собственного опыта у нее еще не было, - а также и ее литературное мастерство.

Есть в романе Сигрид Унсет нечто очень национальное, норвежское: ощущение всегдашней близости фиорда, леса и по сей день не утратившей своей патриархальности норвежской столицы Осло, во времена Сигрид Унсет - Кристиании.

Фритьоф Нансен писал о норвежском национальном характере: «Характер формируется среди дикой природы, в тишине леса, в нем вырабатывается самостоятельность, способность полагаться на самого себя, не зависеть от других и умение при всех обстоятельствах заботиться о себе самому» (Цит. по: Шеклтон Э. Фритьоф Нансен - исследователь, М.: Прогресс, 1968. С. 10).

В описываемое время барышни, еще в длинных, не приспособленных для этого юбках, уже вставали на лыжи, кстати, и сам Нансен познакомился со своей будущей женой, катаясь на лыжах. Так проводят время жених и невеста - Отто Оули и Марта:

«Мне этот день очень запомнился, это было первое воскресенье марта, мы катались на лыжах в Нурмарке. Яркое солнце, лес в снегу, болотистая равнина, пересеченная лыжней, казалась фиолетовой».

Так эмоционально воспринимает окружающий мир героиня романа. Этот мир предстает перед ней неизменно исполненным красоты. В солнечную погоду ее восхищает «удивительная цветовая гамма: ярко-фиолетовые кусты сирени на фоне серых, свинцовых туч, плывущих на восток», а в дождь телеграфные провода, которые от солнца становятся золотыми, похожими на струны арфы.

Таким образом, эстетизированная действительность, составляющая ткань романа, оказывается неразрывно связанной с напряженностью внутренних переживаний героини.

Большую роль в жизни героев романа играют растения, цветы. В связи с этим можно говорить о наличии в нем элементов декоративного стиля или югендстиля (от нем. Jugendstil), впервые возникшего как художественное оформление немецкого журнала «Jugend». Его характерной чертой является декоративный орнамент с использованием изображений из мира флоры и фауны. На какое-то время он стал универсальным эстетическим элементом художественной культуры. Отношения Марты и Отто как бы обрамлены миром цветов. В романе мы постоянно сталкиваемся с многообразием полевых и садовых цветов, любовно описываемых Сигрид Унсет.

Вот Марта впервые в гостях у своего будущего мужа. «Надевая шляпу перед зеркалом, я украдкой сорвала цветок комнатного растения и спрятала его в перчатку. Потом Отто вставил этот цветок в маленький золотой медальон, и этот день стал для нас как бы священным, мы стали отмечать его как праздник».

Вот эпизод прогулки: «Солнечные лучи то падали на тропу, по которой мы шли, то скользили по горной лощине, внизу которой пенилась река, и сверкали на мокрых стволах берез и на зарослях ольхи. В лесу росло множество крупных колокольчиков и лютиков...»

«Среди изумительной шелковистой травы под лиственными деревьями цвела хрупкая нежно-зеленая адокса мускусная...»

А вот как начинался медовый месяц героев, описанный в дневнике героини: «Вот мы и дома. Мы прошли через лужайку, где росло множество фиалок, анютиных глазок, то там, то здесь виднелись синие акониты и ландыши. Внизу, среди берез и зарослей ольхи, сверкало озеро».

Писательница была знатоком цветов и растений и в течение всей жизни с увлечением относилась к идеям шведского ученого и натурфилософа Карла фон Линнея, который прославился не только созданием знаменитой системы классификации растений и животных, но и своими философскими трудами, в особенности назидательным, обращенным к сыну сочинением «Nemesis Divina», а также и «галантным» сочинением «Свадьбы цветов».

Романы Сигрид Унсет очень эстетичны и визуальны. Они как фильмы Ингмара Бергмана: в любом месте можно сделать стоп-кадр, и предстанет прекрасное, несмотря ни на что, мгновение жизни.

Путешествие в Италию, пребывание в Риме, стало одним из центральных событий в жизни Сигрид Унсет как писательницы. Оно же сыграло решающую роль и в ее личной судьбе, так как здесь она встретила своего будущего мужа, художника Андерса Сварстада. Итальянские впечатления легли в основу романа «Енни» (1911), явившегося важной вехой в творчестве писательницы, именно тогда ее известность полностью упрочилась.

Героиня романа, художница Енни (ее имя - аллюзия на одноименное стихотворение Данте Габриэля Россетти о дерзкой и обаятельной девушке легкого поведения), норвежка, приехала в Вечный город как в колыбель европейской культуры и источник вдохновения. Она рисует, проводит время с друзьями, но главное - ждет, жаждет любви как центрального события в своей жизни. Енни идеализирует и абсолютизирует любовь, и реальная жизнь как бы мстит ей за это. Встреченный ею чиновник, Хельге Грам, выросший в семье, где господствовал разлад, оказывается слишком слабой, пассивной натурой. Сложившиеся обстоятельства приводят Енни в объятия к его отцу, Герту Граму, для которого она является воплощением несбывшихся надежд, однако любить по-настоящему Герта она не может. Родившийся в результате их связи ребенок умирает. У Енни вспыхивает любовь к старому другу, скульптору Гуннару Хаггену, с которым у нее много общего - они коллеги, равноценные творческие личности, именно он, несомненно, способен по-настоящему понять ее. Но поздно:

Енни окончательно запутывается во всех этих взаимоотношениях, собственная жизнь начинает казаться ей грязной, и единственным выходом для нее оказывается самоубийство.

Светлым аккордом в конце романа звучит мысль о том, что мечты о любви и красоте не умирают вместе с Енни. Для Гуннара Хаггена она навсегда останется «весенней женщиной», как «Весна» на полотне Сандро Боттичелли.

Тема весны как извечного символа жизни и любви звучит в романе «Весна».

Главный герой, Торкилд, вырос, выражаясь современным языком, в неблагополучной семье: отец - пастор, соблазнивший юную конфирмантку и, соответственно, лишенный сана, а мать - морфинистка. Торкилд с детства восхищался ее подругой фру Вегнер, ставшей для него идеалом женщины, и ее домом, воплощавшим для него тепло домашнего очага, покой и уют. Тот покой и уют, которых он, его брат Аксель и сестра Дорис были лишены в связи с разводом родителей. Постепенно свое восхищение и любовь к фру Вегнер он переносит на ее дочь Розу, которая становится для него олицетворением любви, счастья, обретения дома. Завоевать Розу - жизненная цель Торкилда.

Что касается самой Розы, то она тоже жаждет любви, но она ждет незнакомого, неведомого мужчину, который уведет ее от прошлого и от надоевших воспоминаний детства, связанных с Торкилдом и с горячо любимой, но пытавшейся лишить Розу самостоятельности матерью.

Устав от одиночества, тоски, ожиданий неведомого, Роза отвечает на чувства Торкилда.

Они вступают в брак, но счастья не находят. Торкилд любит Розу неуверенной, болезненной любовью. Оба надеются, что их отношения наладятся с рождением ребенка, но этому не суждено сбыться: их ребенок рождается мертвым. Горе Розы безгранично, но она надеется еще иметь детей в браке.

Торкилд потрясен смертью ребенка, но гораздо больше его заботят страдания Розы и его собственные чувства по отношению к ней. В этой любви для него заключен смысл жизни. Она - воплощение счастья, дома, как пристанища на земле, которое необходимо каждому. Его любовь всепоглощающа и самоценна, ему претит мысль о новом ребенке как связующем звене между ним и Розой. Для него главное, чтобы их соединяло лишь искреннее глубокое чувство.

 

Захватывает психологическая глубина, в которую порой погружает читателя Сигрид Унсет. При всем отношении к материнству как к святому долгу женщины (писательница любила говорить о том, что самое хорошее, что может сделать женщина в своей жизни, - это быть хорошей матерью, а самое плохое - быть плохой матерью) она считает его в чем-то эгоистичным, любовь мужчины часто предстает более бескорыстной по сравнению с любовью женщины. Для матери Розы муж был дорог только тем, что он отец ее дочери. В сущности, и Роза любит Торкилда за то, что он отец ее будущего ребенка.

Их брак переживает испытание, связанное с тем, что брат Торкилда, Аксель, питает сильные чувства к Розе (хотя она не отвечает ему взаимностью), для кого она также воплощает одновременно и любовь, и счастье семейного очага.

Ко всему прочему, Торкилд заболевает, как ему кажется, туберкулезом (распространенная в то время болезнь как в Норвегии, так и во всей Скандинавии). Он не хочет, чтобы жизнь Розы была связана с жизнью смертельно больного человека, каковым он себя считает, и в конце концов сам навязывает Розе развод.

Пройдя нелегкий путь сближения, разочарований, соблазнов, недоверия и пережив потерю ребенка, Торкилд и Роза все же приходят к примирению, они обретают друг друга, и это знаменует для них обретение себя и своего подлинного дома. Характерна финальная сцена романа: после томительных лет разлуки Торкилд и Роза подходят к дому, где живет Торкилд. К их будущему общему дому. Весна... В небе слышится «какой-то удивительный, едва различимый звук», это тяга, брачные игры птиц.

В их теперешнем доме есть и ребенок. Это маленький племянник Торкилда, сын умершей сестры, которого он привез из Копенгагена.

Герои находят наконец счастье и свое подлинное пристанище, место на земле, в том глубоком экзистенциальном смысле, как трактовал это понятие, например, Мартин Хайдеггер, для которого обретение дома, возвращение в родной дом есть высшее достояние и цель человеческой жизни.

Отмечает это и Лив Бликсрюд, самый крупный в настоящее время специалист по творчеству Сигрид Унсет.

При этом, по мнению другого видного исследователя норвежской литературы, Ларса Роарса Лангслета, для романа «Весна», как бы маскирующегося под реалистический и имеющего множество черт символизма, характерна особая суггестивность, читатель как бы проживает так же неторопливо, в ритме повествования, какой-то отрезок жизни вместе с героями. Его словно завораживают их взаимоотношения, оттенки и переливы их чувств.

Герои Сигрид Унсет находятся в тесной связи с природой; она для них не окружающая среда или фон, на котором происходят события, а сама суть, элемент культуры и менталитета; герои являются непосредственной частью природы, как деревья, цветы.

(Нельзя удержаться от того, чтобы не заметить, что природа Норвегии и по настоящее время сохраняет свою первозданность и нетронутость; и человек с его радостями и страданиями, а также объектами его деятельности - фабриками, заводами, верфями - кажется здесь ничтожным перед лицом ее величества Природы, гор, моря, лесов. Он не покоряет природу, а приспосабливается к ней, живет с ней одной жизнью.)

 

У главной героини, Розы, «говорящее» имя. Ее мать разводит цветы. Сама Роза мечтает стать садовником; когда они с Торкилдом расходятся, больше всего ее беспокоит судьба цветов, которые она выращивала, ведь они для нее живые существа ...

Роман «Весна» также отличает зримость описаний, визуальность. Особая роль принадлежит в романе композиции и жесту, а также цветовой символике.

Вот один из эпизодов в начале романа, когда Роза приехала в гости к Торкилду, ставшему управляющим фабрики неподалеку от Кристиании, за городом: «Торкилд отошел в сторону, а потом снова устроился на перилах. Он взял руку Розы в свою, положил ее к себе на колено и несколько раз провел по ней двумя пальцами. Потом вдруг порывисто сорвал розу с куста и вложил в ее руку, между пальцами, а потом своей рукой сомкнул ее пальцы; чтобы они взяли цветок. Она сидела не шевелясь, позволяя ему проделывать это и не глядя на него. Он сорвал еще одну розу и бросил ей на колени.

- Зачем это? - прошептала она наконец.

- Почему я так делаю? Да, почему? - И он снова

бросил ей цветок. - Это исполнение твоих желаний, Роза. Я желаю тебе исполнения всех твоих желаний».

А позднее, через несколько лет после развода, Торкилд с тоской вспоминает Розу, когда встречает их общую знакомую, Бетси, которой он был короткое время увлечен и которая впоследствии помирила их с Розой. Бетси с нежностью смотрит на своих маленьких дочек: «Когда они закончили есть, она взяла каждую из них за подбородок, повернула к себе и улыбнулась. Глядя на это, Торкилд внезапно ощутил боль, он вспомнил, именно так она (Роза. - Э. П.) обращалась со своими цветами, так же улыбалась им. О боже, как он обеднил ее жизнь».

Душевные движения героев, переливы чувств и настроений звучат как отдаленные космические ритмы. При этом «эротическое», по выражению Лив Бликсрюд, принадлежит и «духовной сфере». За внешней скандинавской сдержанностью виден накал страстей.

Что касается цветовой палитры, то здесь, как и во «Фру Марте Оули», особую роль играет гамма голубого, синего, фиолетового - цветов неба и фиордов, их игра, которую зримо ощущают герои в теплое время года.

При этом в романе «Весна» особая роль принадлежит и золотистому, солнечному цвету, а также красному, цвету любви и эротики, воплощающему как радость жизни, так и страдание.

В романе все эстетизировано: от ощущения того, как хрустит железная стружка по дороге на фабрику, где Торкилд служил управляющим, и вплоть до «живой картинки», когда собака справляет нужду на перроне станции, где Торкилд встречает Розу; сверкающими золотистыми искорками представляются и роящиеся над помойкой пустыря мухи. Мы все время ощущаем, как прекрасна жизнь.

В 1928 году Сигрид Унсет была присуждена Нобелевская премия за уже упоминавшиеся романы «Кристин, дочь Лавранса» и «Улав, сын Аудуна из Хествикена», точнее, «за яркое и убедительное изображение жизни средневековой Скандинавии». Ей было всего сорок шесть лет, она стала третьей по счету женщиной Нобелевским лауреатом после Сельмы Лагерлёф в 1909 году и Грации Деледа в 1926 году. Это был подлинный триумф писательницы. В Лиллехаммере (известном теперь во всем мире в связи с проходившими там в 1994 году Олимпийскими играми), крупном культурном центре Норвегии, с которым связан значительный период в жизни писательницы, ей была устроена торжественная встреча с факельным шествием.

В последующие годы Сигрид Унсет были созданы романы, в которых затрагиваются религиозные проблемы, где отразилась приверженность писательницы католицизму - «Гимнадения» (1929), «Неопалимая купина» (1930).

Значительным литературным событием явился выход в свет ее автобиографической повести «Одиннадцать лет» (1934), ею также был написан и ряд статей: «Норвежские святые» (1937), «Автопортреты и пейзажи» (1938), главы для «Истории культуры Норвегии» (1939).

Вторая мировая война, оккупация Норвегии в апреле 1940 года, как и для подавляющего большинства норвежцев, явилась трагедией для Сигрид Унсет. С Кнутом Гамсуном, другим Нобелевским лауреатом, они закономерно оказались по разные стороны баррикад, поскольку писательнице был абсолютно чужд дух ницшеанства, напитавший во многом национал-социализм, который низвел абстрактную идею сверхчеловека до уровня фюрера, вождя, оккупанта, а также антисемитизм (дань которому, к величайшему огорчению Унсет, отдал и ее муж). Антинацистские статьи и выступления были яркими и многочисленными. Подобно многим своим коллегам, пятидесятивосьмилетняя писательница была вынуждена отправиться в изгнание и пережила драматическое бегство (частично пешком через горы!) в нейтральную Швецию, а оттуда через Россию и Японию в США. Этим событиям посвящена ее книга «Возвращение в будущее» (1942).

В период с 1941 по 1945 год Сигрид Унсет жила в США, занималась публицистической деятельностью: писала статьи, тексты радиопередач, а также ездила с лекциями, была председателем союза «Свободная Норвегия».

В 1945 году она вернулась на родину.

Сигрид Унсет была женщина «пассионарная», если пользоваться терминологией Льва Гумилева. У нее была прекрасная насыщенная жизнь, в которой хватало и горестей, и радостей: писательский триумф, прекрасные часы общения с природой, недолгое счастье любви, радость материнства, преданные друзья и вечное одиночество, ненависть к любому тоталитарному режиму, будь то фашизм или большевизм, неизменное желание и готовность проявить любовь и сочувствие к людям.

Сигрид Унсет скончалась 10 июня 1949 года в Лиллехаммере, она похоронена на кладбище в горах, неподалеку от города, на ее могиле небольшой чугунный крест с завитками, скромные цветы: маргаритки, анютины глазки, анемоны.

Ее дом в Лиллехаммере, «Бьеркебек», в настоящее время, как и большинство норвежских музеев, не только хранит живую атмосферу жизни писательницы, но и дает возможность посетителям - особенно если это писатели, литературоведы и переводчики непосредственно соприкоснуться с ней: в доме устраиваются вечера с чаем и кофе за теми столами, за которыми собирались гости самой Сигрид.

 

Первые переводы произведений Сигрид Унсет появились в России в начале века, почти сразу же после выхода в свет в Норвегии. В 1932 году Марина Цветаева писала о своем восхищении художественным миром норвежской писательницы, о его особой притягательности. Для нее этот мир был «душевной страной», такой же достоверной, как Норвегия на карте.

Творчество Сигрид Унсет, как и творчество ее великих современников, таких, как Кнут Гамсун и Август Стриндберг, посвящено извечным проблемам человеческого существования, человеческим страстям, отношениям между мужчиной и женщиной, которые, несмотря на смену их социальных ролей, возможность зачатия в пробирке, признание прав сексуальных меньшинств и прочее, остаются в целом едва ли не главным содержанием человеческой жизни. Ее творчество отражает неизбывную жажду любви и счастья. И это делает его непреходящим.

 

(с) Элеонора Панкратова

 

Опубликовано: А.А. Сельницин (БНИЦ) с разрешения автора



Важно знать о Норвегии "Cовременные" романы Сигрид Унсет


Библиотека и Норвежский Информационный Центр
Норвежский журнал Соотечественник
Общество Эдварда Грига

на правах рекламы:

Норвегия

Полезная информация о Норвегии В большей степени, чем какая-либо другая, Норвегия - страна контрастов. Лето здесь очень непохоже на осень, осень - на зиму, а зима - на весну. В Норвегии можно обнаружить самые разнообразные, отличающиеся друг от друга пейзажи и контрасты.
Территория Норвегии такая большая, а население столь немногочисленно, что здесь есть уникальная возможность для отдыха наедине с природой. Вдали от промышленного загрязнения и шума больших городов Вы сможете набраться новых сил в окружении девственной природы. Где бы Вы ни были, природа всегда вокруг вас. Пообедайте в городском уличном ресторане, прежде чем отправиться в поездку на велосипеде по лесу или перед купанием в море.
Многие тысячи лет назад огромный слой льда покрывал Норвегию. Ледник оседал в озёрах, на дне рек и углублял обрывистые долины, которые протянулись по направлению к морю. Ледник наступал и отступал 5, 10 или, возможно, даже 20 раз, прежде чем окончательно отступить 14.000 лет назад. На память о себе ледник оставил глубокие долины, которые заполнило море, и великолепные фьорды, которые многие считают душой Норвегии.
Викинги, в числе других, основали здесь свои поселения и использовали фьорды и небольшие бухты в качестве главных путей сообщения во время своих походов. Сегодня фьорды более знамениты своими впечатляющими пейзажами, нежели викингами. Уникальность их в том, что здесь по-прежнему живут люди. В наши дни высоко наверху на холмах можно найти действующие фермы, идиллически примкнувшие к склонам гор.
Фьорды имеются на протяжении всей норвежской береговой линии - от Осло-фьорда до Варангер-фьорда. Каждый из них по своему прекрасен. Всё же, самые известные на весь мир фьорды расположены на западе Норвегии. Некоторые из крупнейших и мощнейших водопадов также находятся в этой части Норвегии. Они образуются на краях скал, высоко над Вашей головой и каскадами срываются в изумрудно-зелёную воду фьордов. Столь же высоко находится скала «Церковная кафедра» ( Prekestolen ) - горный шельф, возвышающийся на 600 метров над Люсефьордом в Рогаланде.
Норвегия - вытянутая и узкая страна с побережьем, которое настолько же прекрасно, удивительно и разнообразно, как и остальная её территория. Где бы Вы не находились, море всегда поблизости от вас. Неудивительно, поэтому, что норвежцы - столь опытные и искусные мореплаватели. Море долгое время являлось единственным путём, связывающим прибрежные районы Норвегии - с её вытянутой на многие тысячи километров береговой линией.


Рекомендуем посетить:

Ссылки на полезные ресурсы:


SpyLOG Rambler's Top100 Рейтинг www.intergid.ru Каталог-Молдова - Ranker, Statistics Counter

"Cовременные" романы Сигрид Унсет Назад Вверх 
Проект: разработан InWind Ltd.
Написать письмо
Разместить ссылку на сайт Norge.ru