Norway | Норвегия
Вся Норвегия на русском/История Норвегии/Статьи/НАЦИОНАЛЬНО-ОБЪЕДИНИТЕЛЬНЫЕ ПРОЦЕССЫ В СТРАНАХ СКАНДИНАВИИ/
Сегодня:
Сделать стартовойСделать стартовой Поставить закладкуПоставить закладку  Поиск по сайтуПоиск по сайту  Карта сайтаКарта сайта Наши баннерыНаши баннеры Обратная связьОбратная связь
Новости из Норвегии
О Норвегии
История Норвегии
Культура Норвегии
Mузыка Норвегии
Спорт Норвегии
Литература Норвегии
Кинематограф Норвегии
События и юбилеи
Человек месяца
Календарь
СМИ Норвегии
Города Норвегии
Губерния Акерсхус
Норвегия для туристов
Карта Норвегии
Бюро переводов
Обучение и образование
Работа в Норвегии
Поиск по сайту
Каталог ссылок
Авторы и публикации
Обратная связь
Норвежский форум

рекомендуем посетить:



на правах рекламы:




Архитектурные памятники НорвегииВикингиНобелевские лауреаты
Знаменитые именаДаты истории Норвегии Статьи
Эпоха викинговВеликие путешественникиИстория Норвегии - обзор
Норвегия в годы Второй мировой войны 

НАЦИОНАЛЬНО-ОБЪЕДИНИТЕЛЬНЫЕ ПРОЦЕССЫ В СТРАНАХ СКАНДИНАВИИ

Данная работа посвящена национально-объединительным процессам в странах Скандинавии с 1397 по 1905 годы и их роли в международных отношениях европейских стран. В работе будут рассмотрены основные аспекты заключения союзов (уний) между скандинавскими странами, их влияние на историю и культуру Европы и самих стран, входивших в эти союзы, а также будет представлен анализ причин распада скандинавских объединений.

Целью этой работы является подробный анализ важнейших для стран Скандинавии национально-объединительных процессов и попытка систематизировать их влияние на мировую историю, культуру и политику.

В ходе изучения проблемы, был использован обширный перечень нормативных актов и научно-исследовательской литературы, как российских ученых, так и скандинавских историков. Это позволило дать объективную оценку многим спорным фактам из истории скандинавских стран.

Был проведен анализ переписки Ф. Матвеева и А. Головина в 1700 году, что позволило выявить важные аспекты отношений России со Швецией.

При разборе основных положений Кальмарской унии были выделены основные тенденции развития международных отношений внутри скандинавского общества в Средние века и раннее новое Время.

В монографии Валерия Евгеньевича Возгрина «Россия и европейские страны в годы Северной воны: история дипломатических отношений в 1697-1710 гг.» политическая история стран-участниц Северной войны за период 1700-1721 гг. международное положение на значительной части континента анализируется комплексно. Монография главным образом опирается на источники советских архивохранилищ и на труды русских и советских историков.

В сборнике «Скандинавские чтения 2004 года» внимание было сконцентрировано на статье Н.А. Андросовой «К вопросу о причинах распада Кальмарской унии». В этой статье высказываются две противоположные точки зрения по этому вопросу.

Монография норвежского историка Улава Ристе «История внешней политики Норвегии» даёт подробнейшее изложение и анализ всей внешней политики королевства Норвегия с 890 до 2001 года.

Сборник «Швеция и шведы в средневековых источниках» содержит комментированные русские переводы наиболее важных и содержательных памятников по истории средневековой Швеции. Большой интерес представляют переводы основополагающих документов периода тройственной унии Швеции, Дании и Норвегии, а также источники по истории одного из самых драматичных событий скандинавской истории – «Стокгольмской кровавой бани» 1520 года.

Монография норвежского историка Арне Бергсгорда «1814 год: Уния II» (Bergsgård Arne. Året 1814: Unionen II.) подробно описывает события, происходившие в Европе и Скандинавии в 1814 году.

Глобальный труд норвежского историка Финна Фюлестада «С Тёмных веков до Венского конгресса: культура Запада 1347-1815 в глобальном сравнении и перспективе» (Fuglestad Finn. Fra svartedauden til weiner-kongressen : Den vesterlandske kulturkrestens historie 1347-1815 i et globalt-sammenliknende perspektiv.) представляет собой сравнительный анализ культурных изменений, повлиявших на развитие общества в Европе и странах Скандинавии с 1347 по 1815 годы.

В настоящее время всё чаще поднимаются проблемы самобытности, национального самосознания, сохранения национальной культуры. И данная работа становится особенно актуальной, так как в ней рассматриваются вопросы интеграции внутри уний и вопросы европейской интеграции в скандинавские страны. Также эта работа уникальна тем, что роль союзов между странами Скандинавии в мировой истории и политике, ранее подробно не освещалась.

1. Общескандинавские унии.

1.1. Кальмарская уния. Общескандинавская персонально-династическая уния 1397-1523 годов.

Кальмарская уния – личная уния между тремя скандинавскими королевствами: Дании, Швеции и Норвегии. Создавалась в противовес немецкой экономической и политической экспансии в Скандинавии в XIV веке. В этот период Ганза постепенно монополизировала торговлю в Скандинавии. В 1380 г. Дания и экономически зависимая от неё Норвегия объединились в личную унию под властью королевы Маргреты Датской.

Создание в 1397 году тройственной личной унии между Данией, Норвегией и Швецией было важнейшим событием позднесредневековой скандинавской и общеевропейской истории международных отношений. Уния объективно была направлена против военной, экономической, политической и культурной экспансии немецких государств.[1] Такое объединение усиливало стратегические и политические позиции скандинавских стран и поднимало их международный престиж. Скандинавские народы имели много общего в языке и куль­туре, семьи аристократов связывали родственные отношения, они владели землями в различных странах Севера. Не лишено оснований заключение, что народы трех северных стран являлись одной нацией. Когда Скандинавские страны одновременно почувствовали угрозу в связи с ростом мощи Германии в районе Балтийского моря, им оказа­лось нетрудно объединиться против общего врага.

К концу XIV в. уже был накоплен опыт временных скандинавских уний, носивших персонально-династи­ческий характер: шведско-норвежская (1319-1365), датско-новежская (с 1380 года). Создание тройственной унии, таким образом, отразило объективно наметившуюся тенденцию к объединению северных государств. К этому времени в Скандинавских странах произошли важ­ные изменения династического характера. После смерти датско­го короля Вальдемара IV Аттердага (1340-1375) и норвежского монарха Хакона Магнуссона (1355-1380) королем Дании и Нор­вегии был провозглашен малолетний Олаф Хаконссон, сын покойного Хакона Магнуссона и его вдовы, дочери Вальдемара Аттердага – Маргреты. Несовершеннолетний ко­роль, попечительницей которого являлась Маргрета, имел как внук шведского короля Магнуса Эрикссона (1319-1364) серьез­ные династические права также и на шведский престол. Однако в 1387 году Олаф Хаконссон умер. Регентшей и полномочной прави­тельницей Дании и Норвегии была провозглашена Маргрета.

Фактически Кальмарская уния сложилась в 1396 году как юридически закрепленный союз. Королем Дании и Швеции был провозглашен внучатый племянник Маргреты герцог Эрик Померанский, ранее, в 1388 году, ставший королем Норвегии. Принципы правления нового короля в Швеции были сформулированы в документе, именуемом Нючёпингским рецессом, наделявшем регентшу и короля чрезвычайно широкими полномочиями во всех трёх союзных государствах. Летом 1397 года в шведском городе Кальмар было созвано собрание государственных советников трех стран и дворянства Дании и Швеции, так как в Норвегии не существовало своего дворянства. Результатом этого совещания было принятие двух важных документов: соглашения о союзе Дании, Швеции и Норвегии и акта о коронации Эрика Померанского на датский, шведский и норвежский престол и о признании его власти над всеми тремя королевствами. В заключительной части документа перечислены лица, от имени которых он издан: архиепископы Лундский и Уппсальский, епископы Роскилльский и Линчёпинг­ский, пятеро шведских и четверо датских рыцарей, настоятель ка­федрального собора в Осло и три норвежских рыцаря - всего в общей сложности 17 человек: «как предписано выше, мы, Якоб и Хенрик, Божьей милостью архиепископы Лундский и Уппсальский, Педер и Кнут, тою же милостью епископы Роскилльский и Линчёпинг­ский, Карл Тофтский, Иенс Андерссон, Стен Бенгтссон, Иенс Рут, Туре Бенгтссон, Фольмар Якобссон, Эренгисл, Педер Нильссон Агартский и Альгут Магнуссон, рыцари, Арендт, на­стоятель кафедрального собора в Осло, Амунд Больт, Альф Харильссон и Гуте Эрикссон, рыцари, по доброй воле привесили наши печати к этой грамоте».[2] Их вислыми печатями, как говорилось в соглашении, должен быть скреплен доку­мент. Однако в действительности только десять из перечислен­ных лиц приложили печати, причем непосредственно под текстом соглашения. Текст документа был записан на бумаге, а не на пергамене, что было нехарактерно для официальных и тем более таких важных документов того времени, и содержал описки и исправления.

В повествовательной части документа говорилось, что он создан в связи с избранием Эрика Померанского королем Дании, Швеции и Норвегии. Король Эрик в течение своей жизни бу­дет союзным монархом перечисленных государств, после его смерти этим трем королевствам также надлежит иметь общего короля: «Прежде всего, что отныне указанные три королевства должны иметь означенного короля, а именно Эрика, в течение его жизни».[3] Союзный король должен быть возведен на трон посредством избрания в каждой из стран. Если у предыдущего короля имеют­ся сыновья, королем следует избрать одного из них. Между госу­дарствами заключается союз. Каждая из стран-участниц во внут­ренних делах руководствуется своим правом, в каждой из них ко­роль довольствуется полномочиями и правами, которыми его на­деляют законы и обычаи данной страны, юридические нормы од­ного из королевств не могут применяться или вводиться в другом. Страны-участницы унии никогда впредь не должны были воевать друг с другом и должны были существовать как одно королевство: «…под властью одного короля и государя и быть едины, словно одно королевство».[4] Они обязаны оказывать друг другу военную помощь и не должны предоставлять убежище лицам, объявленным в любом из трех королевств вне закона. Король, в каком бы из этих госу­дарств он ни находился, и те его советники, которые там будут присутствовать, получают полномочия вести международные перегово­ры и заключать внешние соглашения от имени всех стран-участ­ниц унии.

В «Кальмарской конституции» устанавливалось, что в каждой стра­не должны сохраняться и действовать свои законы, административные должности будут занимать представители знати из той же страны. В слу­чае нападения иностранной державы на одну из стран, две другие долж­ны прийти ей на помощь. Внешняя политика становилась общей, и мо­нарх должен был править с помощью членов советов трех стран. Трон наследовался по мужской линии, если не было наследников, то следова­ло избрать нового короля.

Королева Маргрета умерла в 1412 году и правление перешло к Эрику Померанскому. Король большую часть времени воевал с немцами на южных границах объединенного королевства, а также в Шлезвиге и Гольштейне. Ганза отказалась поддерживать Эрика в этой борьбе и перешла на сторону его врагов, когда её торговые привилегии были нарушены. Вскоре отношения с Ганзейской лигой ещё более ухудшились. Причиной этого стала попытка Эрика пополнить государственную казну путем введения таможенных сборов за проход торговых и военных судов через Эресунн. На это Ганза ответила введением блокады всей внешней торговли Скандинавских стран. Особенно пострадал от этого горнопромышленный район Швеции, в связи с этим экспорт шведского железа и меди полностью прекратился. Войны с немцами затянулись и оказались весьма разорительными для королевства. Чтобы поправить экономическую ситуацию в стране, Эрик Померанский вынужден вводить всё более высокие налоги в Швеции и Норвегии. Торговая блокада Скандинавии, война за Шлезвиг и повышение налогов привели к тому, что оппозиция королю Эрику в Швеции резко возросла, и в 1434 году в горнопромышленном районе Бергслаген вспыхнуло восстание под предводительством мелкопоместного дворянина Энгельбректа Энгельбректсона. Восстание Энгельбректа и его соратников было крупнейшим в Швеции антифеодальным движением, по своему значению и разма­ху - подлинной народной войной. Энгельбрект и шведской представители аристократии хотели заставить короля подписать закон, который ограничивал бы его власть в вопросах взимания налогов и объявления войны. Эрик отказался пойти на такое ограничение королевской власти.

В 1439 году шведской знати удалось низложить Эрика во всех трёх скандинавских странах. Новым королем унии был избран немецкий фюрст Кристофер Баварский. Его правление было относительно спокойным благодаря тому, что аристократия государственного совета сохранила власть в Швеции. Кристофер умер бездетным в 1448 году. Далее Дания с Норвегией имели общих королей, а королем Швеции был избран Карл Кнутссон Бунде – шведский дворянин, который рассчитывал на признание своей верховной власти в Дании и Норвегии, но в Дании и Норвегии стал править Кристиан Ольденбургский. Кристиан был коронован в 1448 году в Дании, позже, в 1450 году в Норвегии. В унии произошел раскол на датско-норвежскую и шведскую линии. Началась война между Шведским и Датским королями за титул монарха унии.

1.2. Дания и Норвегия.

В XV в. короли Дании и Норвегии, постоянно нуждавшиеся в деньгах, дважды пытались убедить шотландского короля выплатить долги по Пертскому договору. В 1426 году король Шотландии Яков I от­правил посольство для переговоров с норвежцами в Бергене. Резуль­татом стало ещё одно подтверждение условий договора в обмен на обещание норвежцев списать накопившуюся задолженность. Но и после этого шотландский король не озаботился выплатой ежегодной контрибуции. Следующая, наиболее решительная попытка «выбить» из шотландцев «ежегодную дань» была предпринята королем Кристи­аном I. Кристиан был первым представителем Ольденбургской дина­стии на датском троне, и ему удалось расширить свою державу, взой­дя - хотя и временно - на шведский престол, а также добившись своего избрания на объединенный престол герцогства Шлезвига и графства Гольштейнского. Но связанное с этим истощение казны заставило его искать новые источники дохода, и союз с королем Франции Карлом VII, направленный против Анг­лии, предусматривал поддержку требований к шотландскому королю о возобновлении выплаты «ежегодной дани». Но у шотландского ко­роля Якова II, находившегося в зените могущества благодаря хаосу в Англии, готовому взорваться войной Алой и Белой Розы, на этот счет было иное мнение. На переговорах в 1460 года шотландская делегация предложила заключить брак между их кронпринцем Яковом и дат­ской принцессой Маргретой. Ценой должен был стать отказ Норве­гии от суверенитета над Оркнейскими и Шетландскими островами, аннулирование «ежегодной дани» и богатое приданое. Переговоры возобновились в 1466 года, после восшествия кронпринца на трон под именем Якова III, и в 1468 году окончательный договор был подписан. Суверенитет над Оркнейским и Шетландским архипелагами не был передан шотландскому королю. Вместо этого Кристиан I, неспособ­ный заплатить огромное приданое, вынужден был заложить острова Шотландии. Оркнейские острова давно находились под шотландским влиянием, и к середине XV века норвежский суверенитет над ними сохранялся лишь формально. По мнению Улава Ристе, потеря Шетландов ощущалась гораздо сильнее, поскольку влияние норвежского языка и культуры там было - и после этого ещё долго оставалось - очень сильным.[5] Но мир, наступивший в результате до­стигнутого урегулирования, способствовал возрождению процветающей североморской торговли. Поэтому соглашение 1468 года можно счи­тать новым вариантом Пертского договора. Права суверенитета, кото­рые невозможно было реализовать, обменяли на мир и выгодные торговые отношения. Более того, в тот момент операция залога не рассматривалась как окончательный отказ от территорий. Подобно тому, как выплата «ежегодной дани» двести лет оставалась договорным обязательством, возможность возвращения залога упоминалась в документах в течение следующих двух столетий. Наибольшее историческое значение это урегулирование имело как символ упадка Норвегии: Пертский договор был соглашением, которое датско-норвежский король заключал с полным осознанием того, что он делает. Брачный контракт 1468 года, однако, был подписан датским королем без номинального участия норвежского государственного совета. Согласие короля Кристиана I на брачный контракт 1468 года можно рассматричвать и в контексте игры факторов силы. Ему были нужны могущественные союзники, частично для сдерживания покушений некоторых кругов шведского дворянства на его положение в Швеции, а также, и, вероятно, прежде всего, для нейтрализации угрозы со стороны англичан для датской и немецкой торговли на Северном море и в Северной Атлантике. За предыдущие сто лет английские купцы добились немалого успеха, резко усилив свое проникновение в торговлю с Исландией. Теперь, когда он заполучил Шотландию в союзники, а Западная Ганза, движимая собственными интере­сами, также оказалась на его стороне. Кристиану I было легче осуществлять свои права сюзерена Исландии и не давать возможности реализоваться английским купцам. Но с точки зрения норвежских интересов это означало уменьшение значения Бергена. Торговля с Исландией до сих пор официально являлась монополией Бергена, хотя это все больше превращалось в пустую формальность, так как осуществить ее на практике не удавалось из-за вмешательства английских купцов. Теперь западногерманские и голландские торговцы получили право свободно тор­говать непосредственно с Исландией в обход Бергена. Но отождествлять интересы Бергена с интересами Норвегии нельзя. Бергенское купечество в основном состояло из немцев и находилось под контролем немецкого балтийского порта Любек, в то время как союзником датско-норвежского короля была Западная Ганза, а именно немецкие и голландские портовые города на побережье Северного моря. Тем не менее, сохранение статуса Бергена как торгового центра приносило Норвегии хотя бы небольшой доход, потерянный когда корабли Западной Ганзы с благословения короля перестали заходить в Берген.

1.3. Швеция.

Карл Кнутссон Бунде умер в 1470 году. На смену ему пришел дворянин Стен Стуре Старший. Несмотря на то, что он был из числа шведских дворян сторонников единения всех трёх стран и был настроен в пользу усиления унии, он стал руководителем шведской сепаратистской организации и продолжил борьбу против датского короля. Решающая битва в этой войне произошла в 1471 году. Войска Кристиана Ольденбургского потерпели поражение.

После своей победы над датским королем Стен Стуре Старший попытался усилить государственную власть в Швеции. Для этого он усилил тесные связи дворянства и королевской администрации, а также усилил свое влияние на церковь. Шведской государственный совет и шведская церковь, чтобы воспрепятствовать сильной концентрации власти в руках Стена Стуре Старшего, стали искать союза друг с другом и с датским конунгом Хансом. Их конечной целью было свержение Стена Стуре Старшего. И такой случай представился в связи с войной Швеции с Россией за Новгородскую землю. Королем избрали Ханса, но вскоре он был изгнан и Стен Стуре Старший вновь захватил власть и правил до 1503 года. Его наследником в 1504 году стал Сванте Стуре, которого в 1512 году сменил его сын Стен Стуре Младший. Оба придерживались политики Стена Стуре Старшего, направленной на создание шведского национального государства.

В 1520 году датский король Кристиан II напал на Вестергётланд. Шведы проиграли сражение, Стен Стуре Младший был смертельно ранен. Кристиан продолжил движение на Стокгольм, который был осажден и капитулировал в сентябре 1520 года. Кристиан II был коронован в Стокгольме архиепископом Густавом Тролле и стал новым королем унии. Шведский государственный совет надеялся на уступки со стороны Кристиана II , но король начал судебный процесс, на котором многие стурманы и брюгеры Стокгольма были приговорены к смертной казни. Однако, ни смерть Стена Стуре Младшего, ни кровавый суд Кристиана II не сломили шведских противников унии. Новую освободительную войну начал Густав Ваза. Это была война между шведскими сепаратистами и датскими сторонниками сохранения унии. С военными победами шведских сепаратистов и с избранием Густава Вазы в 1521 году правителем Швеции Кальмарская уния фактически перестала существовать. В 1523 году Густав Ваза был объявлен королем Швеции, это явилось подтверждением расторжения унии.

1.4. Причины распада Кальмарской унии.

Тщательно рассмотрев историю Кальмарской унии, можно ответить на во­прос о том, сыграл ли Густав Ваза решающую роль в ее распаде или распад скандинавской унии был исторически предрешен. Для того чтобы как следует разобраться в этих проблемах необходимо рас­смотреть две возможные версии, противоположные друг другу.

Н.А. Андросова в своей статье «К вопросу о распаде Кальмарской унии» высказывает две точки зрения. Первая из них предполагает, что распад Кальмарской унии был и исторически обусловлен. Дей­ствительно, история союза трех стран показывает, что существование унии по­стоянно находилось под угрозой, так как периодически возникали разногласия как между представителями шведской аристократии и датской верхушкой, так и между народными классами и дворянами.[6] Также можно говорить об истори­ческой обусловленности прекращения существования унии в связи постоян­ными народными восстаниями в Швеции, которые ставили пере собой цель добиться независимости. Естественно, что такое требование не допускало возможности для полного вхождения Швеции в Кальмарскую унию. Возникает вопрос, чем же было вызвано недовольство шведов и почему казавшееся всем столь естественным благодаря родству языка, культуры и происхождения объедине­ние скандинавских стран так часто оказывалось на грани распада?

Вполне понятно возмущение шведской аристократии. Практически с само­го начала существования унии ее представителей притесняли. Так, например, Маргрета и Эрик Померанский раздавали лены и замки датчанам и норвеж­цам, а интересы шведских дворян не учитывались. Но если в эпоху правления Маргреты крестьянство вело себя относительно спокойно, так как королева, считая, что с этим сословием необходимо считаться, успокаивала его разны­ми способами, то Эрик, составив «земельную книгу», тем самым сделав шаг к личной зависимости многих крестьян, вызвал крупные волнения, которые впоследствии перешли в народные восстания. Также действия короля относительно ганзейских городов, а именно – лишение их привилегий, вызвали недовольство со стороны горняков так как они ощутили на себе все тяготы торговой блокады. Казавшиеся незначи­тельными волнения в Далекарлиии и Вестманланде впоследствии переросли в народную войну под предводительством Энгельбректа Энгельбрекствона. На протяжении всей истории существования Кальмарской унии находились как ее сторонники, так и противники. Когда противоречия между на­циональным государством и межнациональным объединением так велики и существенны, кажется, что распад последнего естественен и не зависит от конкретных исторических личностей. Однако такое видение проблемы может оказаться обманчивым.

Также необходимо рассмотреть точку зрения, согласно которой Густав Ваза сыграл решающую роль в распаде Кальмарской унии. После событий в Стокгольме, известных в истории как «Стокгольмская кровавая баня», ка­залось, что Кристиан II довольно прочно утвердился на шведском престоле, что, означало восстановление скандинавского единения. Кристиан II полагал, что избавившись от всех противников, он обезопасил себя и существование столь выгодного ему союза. Но тут на арене истории появляется Густав Ваза, который возглавил национально-освободительное движение. Первоначально, следуя традиции, он делал ставку на крестьянство. В качестве представителя этого сословия он был назначен в 1521 году главным военачальником. Сразу после этого он изменил тактику и начал сотрудничать с представителями государс­твенного совета и церковью, справедливо полагая, что только заручившись поддержкой представителей всех сословий, можно добиться изменения сущес­твующего режима. По мнению Н. А. Андросовой, именно деятельность Густава Вазы привела к тому, что Кристиан II был свергнут и бежал в Данию, а Кальмарская уния завершила свое существование.[7]

2. Датско-норвежское королевство в 1536 – 1814 годы.

2.1. Сохранение единого датско-норвежского королевства.

В 1536 году датское дворянство посадило на престол Кристиана III , от­вергнув притязания его свергнутого дяди короля Кристиана II. Будучи фаворитом дворян и датского Государственного совета среди кандидатов на трон, Кристиан III был вынужден удовлетворить большинство их требований, сформулированных в традиционных «капитуляциях» - хартии, издаваемой при восшествии на престол, которую он должен был подписать. Одно из этих требований состояло в том, что Норвегия впредь будет стоять под властью датской короны как и Ютландия, Фюн, Зеландия и Сконе, и отныне не будет называться королевством Норвегией.

Юридическая сила этой «норвежской статьи» может быть поставлена под вопрос. В официальных договорах 1544 и 1546, связанных с усилиями раз и навсегда положить конец настойчивым притязаниям Кристиана II, Норвегия по-прежнему называется «Норвежским королевством», при этом «норвежская статья» даже не упоминается. Однако, на практике с Норвегией с тех пор обращались точно так же, как с любой другой датской провинцией. Может быть, это и усилило контроль короля над Норвегией, но одновременно привело к ликвидации - по крайней мере, на некоторое время - его притяза­ний на норвежскую корону по праву престолонаследия. В отличие от Дании, где король должен был избираться, в Норвегии прочно укоренилась наследственная монархия, что до сих пор укрепляло личные позиции короля по отношению к дворянству. Еще одним важным достижением датских дворян было то, что теперь они получали в Норвегии такой же, как и в Дании, доступ к феодам и важным королевским назначениям в Норве­гии. С норвежским Государственным советом по этим вопросам не проконсультировались. Он фактически отошел в сторону, расколовшись пополам - на группу, во главе которой стоял католический священник ар­хиепископ Нидаросский, представлявшую себя как борцов за самоуправление Норвегии, и сторонников реформации насаждаемой королем Кристианом III.

Общий интерес Дании и Норвегии, как считает Улав Ристе, «состоял в сохранении суверенитета над Гренландией, Исландией и Фарерскими островами с предоставлением соответствующих льгот бергенским купцам».[8] Господство ганзейцев в Бергене во время правления Кристиана III постепенно ослабевало. В ходе длительной серии переговоров ганзейские купцы стремились к официальному закреплению своих господствующих позиций, но шаг за шагом приходилось соглашаться на то, чтобы норвежские оптовые и розничные купцы и торговцы получили боль­шую роль и пользовались бы более широкими правами. Результатом стал существенный рост норвежской морской торговли и норвежско­го экспорта, где особенно прибыльным товаром была рыба из Север­ной Норвегии. С этой внешнеторговой экспансией была тесно связа­на активная политика преемников Кристиана III - Фредерика II и особенно Кристиана IV, поддерживавших усилия норвежцев утвер­дить свой суверенитет над заполярными территориями, ныне состав­ляющими губернии Финмарк и Тромс, а также северную часть губернии Нурланн. В этом районе не существовало международно-признанных границ, и в период позднего Средневеко­вья и Швеция и Россия воспользовались слабостью датско-норвежского государства, расширив свои территориальные притязания. Речь шла не просто об официальном суверенитете, ни и в праве облагать налогом и контролировать торговлю местного саамского населения - в неко­торых случаях налоги с саамов взимали три разных короля. Кроме то­го, в этом регионе активную деятельность развивали английские и голландские купцы. Швеция, начиная с середины XVI века, была особенно активна в проведении экспансионистской политики на Севере, стремясь не только обложить налогом саамов в приграничных областях, но и уста­новить свой контроль над прибрежными районами. Первоначально борьбу против шведских притязаний возглавляли губернаторы Берге­на. Но начиная с 1570-х годов к этой борьбе энер­гично подключились король и преимущественно датский Государственный совет, преж­де всего отвергая попытки Швеции фиксировать свои притязания в мирных договорах, заключавшихся после Северной Семилетней вой­ны. Шведская экспансия приобрела новое направление после того, как русский царь, признав свое поражение после долгой войны со Швецией, в 1595 году уступил шведскому королю свои права на сбор дани с саамов к западу от полуострова Варангер. Кристиан IV, коронованный на престол Дании и Норвегии в 1596 году, сразу же взял курс на решительную защиту интересов своего королев­ства в этом районе. Он выступил с резкими протестами против упомя­нутого русско-шведского договора. Он также пожаловался англий­ской королеве Елизавете I на присутствие английских рыболовных судов у побережья Финмарка и лично возглавил морские экспедиции в эту зону, закончившиеся конфискацией нескольких кораблей-нару­шителей. Постепенно происходило и усиление королевского чинов­ничьего аппарата в регионе, призванного осуществлять его единолич­ное право на налогообложение населения Финмарка.

Конфликт Кристиана IV со Швецией, в основном вызванный спо­рами из-за суверенных прав на Севере, приобрел более серьезный оборот после восшествия на шведский престол Карла IX. Поначалу датский Государственный совет не поддержал короля и признал пра­ва Швеции собирать налоги на побережье северной Норвегии. Но когда шведский король пошел дальше, попытавшись добиться тер­риториальных прав на этот регион, он встретился с вооруженным сопротивлением сильного флота Кристиана IV. В 1611 году Датско­-норвежское королевство объявило войну Швеции, и по мирному со­глашению, заключенному два года спустя, шведы признали сувере­нитет Норвегии над прибрежными районами Севера. Однако, вопрос о правах на внутренние районы, в том числе правах налогообложе­ния, долгое время оставался неурегулированным, поскольку регион Финмарка не везде обладал естественными рубежами, такими, на­пример, как горные хребты, располагавшиеся западнее и южнее. Фактически граница между Швецией и Датско-норвежском королевством не была оконча­тельно определена до 1751 года. В тот момент Швеция находилась под угрозой вторжения из России, и страх перед возможным альянсом между Россией и Данией-Норвегией побудил шведов согласиться с большинством требований, выдвинутых датским королем от лица Норвегии. Свои современные очертания сухопутная территория Норвегии приобрела в 1826 году, после окончательного урегулирования вопроса о границе с Россией. Помимо этого, Кристиан IV стойко защищал заморские интересы Дании-Норвегии, и не только в северных районах. Уже в 1564 году король Фредерик II использовал выражение «Норвежское море» в своих жалобах на действия английских и голландских судов. В основе этого термина, судя по всему, лежала теория о том, что, подобно тому как датская ко­рона господствует на Балтике, норвежская корона может претендо­вать на господство над северными морями. В свою очередь, Кристиан IV, сочетая дипломатические средства с использованием мощного датско-норвежского флота, бо­ролся против китобойного промысла, который иностранцы вели у норвежского побережья и севернее, вплоть до Шпицбергена, выдвинув претензию на исключительное право на рыбный промысел в при­брежной зоне, протяженность которой от берега четко не была опре­делена. В международном морском праве того времени не существовало однозначного мнения по вопросу о том, как определять границы территориальных вод - ограничивать ли их расстоянием прямой видимости, дистанцией пушечного выстрела или одной географической линией.

В XVI-XVII веках Датско-норвежское королевство могло господст­вовать на море и в прибрежных районах благодаря своему военно-морскому могуществу. В то же время Швеция обладала сильной сухопутной армией - мощным оружием экспансионистской по­литики. Уже в ходе Северной Семилетней войны (1563-72гг.) швед­ская армия захватила огромный кусок территории центральной Нор­вегии, включая губернию Трённелаг, тем самым разрезав страну на­двое. Однако части норвежской армии перешли в контрнаступление, и в ходе мирного урегулирования королю Швеции пришлось отка­заться от каких-либо притязаний на эти земли. В 1640-1650-х годах го­раздо более мощная шведская армия под командованием Карла Х Гу­става начала серию военных конфликтов с Данией-Норвегией, пре­следуя конечную цель объединить все три королевства под властью шведского монарха. Менее чем за двадцать лет одна за другой разра­зились три войны, в ходе которых Швеции удалось захватить значи­тельные территории, принадлежавшие Датско-норвежскому королевству. В ходе послевоенных мирных урегулирований датский Государственный со­вет выступал за то, чтобы территориальные уступки делались за счет Норвегии, а не Дании. Однако король Кристиан IV и его преемник Фредерик III рассудили иначе - и в результате территория Норвегии в основном осталась в неприкосновенности. Политика короля явно определял ась желанием сохранить Норвегию как свое наследствен­ное владение - ведь наличие такой «независимой» основы власти ук­репляло его позиции перед лицом крупных феодалов в датском Госу­дарственном совете. Уступленные Швеции датские территории пред­ставляли собой богатые сельскохозяйственные районы, на которых во многом основывались благосостояние и могущество датских дво­рян. Усилив, таким образом, свои позиции, король Дании Фредерик III в 1660 году установил абсолютистский режим, в рамках которого он объявил, что оба королевства принадлежат ему согласно божествен­ному праву короля.

С 1660 года и до конца XVII века на Скандинавском полуострове наступил относительно мирный период.

2.2. Роль датско-норвежского королевства в Великой Северной войне.

В первое десятилетие XVIII века шведский король Карл XII провел серию военных кампаний, стремясь превратить Швецию в великую державу Северной и Восточ­ной Европы. Известно, что Дания была рада воспользоваться любым предлогом для того, чтобы вступить в войну против Швеции. Ещё в 1657 году шведский король Карл X Густав напал на Данию. Малый и Большой Бельты замерзли и тем самым голландский флот был блокирован, а пропущенные Гольштейн-Готторпом в Ютландию шведские войска смогли по льду проливов пройти на 3еландию и занять ее. В начавшихся после этого переговорах датчанам пришлось идти на уступки, и они признали переход к Швеции старых и новых ее завоеваний - Сконе, Халланда, Блекинге, Борнхолыra, Бохуслена и Тронхейма по Роскильскому договору 1658 года. Утрата исконно датских территорий на Скандинавском полуострове означала не только прекращение контроля над входом в Балтику, но и расчленение королевства на две половины - датскую и норвежскую, между которыми теперь лежало море. Овладение же Тронхеймом давало Швеции доступ к океану минуя 3унд. Однако главной целью Карла Х Густава было не от­крыть Швеции выход в Атлантику, а закрыть вход в Балтику, поэтому он добивался на переговорах в Роскильде ряда островов, расположенных с западной стороны пролива.[9] Датчане избрали тактику затягивания переговоров в расчете на вмешательство морских держав. Эта политика себя оправдала. С началом таяния льдов шведы сняли оккупацию, опасаясь разрыва коммуникаций. Таким образом, угроза мощи морских держав сыграла основную роль в том, что Балтика оста­лась открытой, а Дания не лишилась еще части своей территории. Шведы возлагали всю вину за неполное решение задач войны на переменчивость военного счастья, рок. Во всяком случае они не понять всей нереальности своих планов, и осенью того же года она вновь попытались осуществить свои планы и высадились на Зеландии и блокировали Копенгаген. И снова Нидерланды послали эскадру, которая разбила в Эресунд­ской битве шведский флот и обеспечила бесперебойное снабжение осажденной датской столицы всем необходимым.

Начавшиеся мирные переговоры показали с еще большей ясностью, что попытка оккупации части Да­нии - не только схватка двух балтийских стран, но и конфликт европейского масштаба. Голландские военно-морские силы заблокировали шведов на Зеландии и держали их там, пока в Гааге шел диалог великих держав - Франции, с одной стороны, и Англии с Нидерландами ­с другой, о том, на каких условиях может быть заключен новый датско-шведский мир. В Гааге было решено оста­вить в силе Роскильский трактат, с поправкой, что для восстановления слишком явно нарушен­ного балтийского баланса Дании возвратили Тронхейм и Борнхольм. На шедших одновременно датско-шведских переговорах в Копенгагене, при посредничестве великих держав, стороны заняли весьма жесткие позиции, речь шла о жизненных интересах обеих стран, и уступать никто не собирался. В течение года, пока шли переговоры на Балтике, произошло множество событий, оказавших непосредственное влияние на позицию участников диалога в Копенгагене, но не они определяли ре­шения нового мира, а посредники - трактат был заклю­чен в полном соответствии с решениями «гаагских кон­цертов». Такое положение сохранялось в общих чертах всю вторую половину XVII века, и лишь в конце 1690-х годов этот искусственный, регулируемый извне баланс начинает превращаться в свою противоположность – естественное равновесие, ставшее возможным лишь благодаря появлению на востоке Балтики усиливавшейся державы - России.

В связи с экспансионистской политикой Швеции, в Дании полным ходом развернулась подготовка к войне. Причем, судя по ее масштабу, страна готовилась к более серьезным действиям, чем экспедиция в герцогство. Гаагские политики сделали вывод о существовании каких-то мощных сил, на которые рассчитывает Фредерик IV, и угадали в них Саксонию и Россию - уже прибывший в Нидерланды посол Петра А. А. Матвеев сообщает о настоятельной просьбе Нидер­ландов не помогать Дании в ее конфликте с Карлом XII, «понеже он, швед, с ними союзник».[10] Почти одновременно в 3унд была послана англо-голландская эскадра с целью предотвратить войну.

Фактически Дания вступила в войну только в 1709 году после восстановления Северного союза по решению Тайного совета Фредерика IV о вступлении Дании в войну в сентябре 1709 года. Планировалось высадить около 10 тысяч солдат в Сконе и одновременно развернуть действия вдоль норвежской границы. Но Дания медлила с подписанием договора с Россией в надежде выторговать от России большие субсидии. Наконец, 11 октября оборонительный и наступательный договор между Россией и Данией был подписан. Договор обязывал Данию напасть на Швецию в 1709 году в Сконе и с моря, если морские державы предпримут вооруженное вмешательство, то с ними необходимо было поступить так же как и с общими врагами. Высадка датского десанта в Сконе не принесла никаких результатов – армия Дании была разбита.

После первых успехов в Прибалтике Карл XII был разбит Рос­сией, в союзе с Данией-Норвегией. Затем Россия овладела Финляндией, а западные союзники России оккупи­ровали шведские владения на восточном и западном побережье Бал­тийского моря. Подобно многим своим предшественникам, Карл XII придерживался того мнения, что норвежцы предпочитают быть под данными Швеции, а не Дании, и в 1716 году решил начать поход в Норвегию. Проведя успешную кампанию против слабо подготовлен­ных войск в Норвегии, шведская армия захватила Кристианию. Одна­ко двухмесячная осада крепости Акерсхус не привела к ее капитуляции. Вторгшимся шведским войскам пришлось отступить после того, как датско-норвежский флот под командованием норвежского адмирала Петера Весселя уничтожил шведский конвой с припасами. Через два года Карл XII вновь вторгся в Норвегию, но эта кампания внезап­но прервалась после того, как сам король был убит во время осады норвежской пограничной крепости Фредриксхолл. В Норвегии успешная оборона от шведских захват­чиков рассматривалась как результат реформ, в ходе которых была со­здана норвежская армия для зашиты национальной территории, и это, возможно, способствовало росту национального самосознания норвежцев. В 1720 году Швеция заключила мир с Данией, по условиям которого Дания получила небольшие территории в Шлезвиг-Гольштейне, денежную контрибуцию и право взимать пошлину со шведских судов за проход через Зундский пролив.

В европейской истории XVIII век стал периодом меняющихся сою­зов и группировок держав, в котором главными игроками были Рос­сия, Великобритания и Франция. В этом хаосе короли Дании-Нор­вегии, принадлежавшие к Ольденбургской династии, предпочитали перестраховываться, становясь на сторону той или иной великой дер­жавы в последний момент - только в случае необходимости или же­лательности с точки зрения краткосрочных интересов безопасности. Успех этого дипломатического балансирования позволял двуединому королевству держаться в стороне от вооруженных конфликтов, и воз­никший в результате этого длительный период мирной жизни создал хорошие условия для развития внешней торговли и морских перево­зок, от которых так зависела Дания-Норвегия. Основой норвежского экспорта была рыба. Возрастало также значение леса. Сначала ос­новным покупателем норвежского леса были Нидерланды, затем Ве­ликобритания. В то же время норвежский рыбный экспорт, помимо обслуживания традиционных клиентов в портах континентального побережья Северного моря, приобретал и новые рынки в странах Средиземноморья. Условия морской торговли определяла в основном Великобритания - крупнейшая военно-морская держава. Британ­ские Законы о судоходстве, в соответствии с которыми импортные то­вары должны были доставляться в Великобританию либо на англий­ских судах, либо на кораблях страны-экспортера, стали важным сти­мулом для роста норвежского торгового флота. Побочным эффектом этого явилось учреждение консульской службы, работники которой, даже будучи датчанами и получая инструкции из Копенгагена, способствовали продвижению интересов норвежской тор­говли и судоходства.

2.3. Датско-норвежское королевство в эпоху революционных и наполеоновских войн.

Во второй половине XVIII века внешние связи Дании-Норвегии возвратились к западной морской ориентации. Движущей силой этого процесса были морская торговля и перевозки. Для процветания этих отраслей необходимо было тесное сотрудничество с Великобританией. В период Войны за независимость в Северной Америке и Великой французской революции Дастко-норвежское королевство, чтобы защитить свои торговые интересы, стремилось укрепить статус неприкосновенности. Оно вступало в «союзы вооруженного нейтралитета», сначала в 1780 году с Россией и еще несколькими европейскими державами, а затем, в 1794 году, в двусторонний альянс со Швецией. Статус и права нейтральных государств в то время были прописаны в международном праве нечетко, и чаще всего они опре­делялись тем, каким образом какая из воющих держав считала целесообразным поступать с точки зрения собственных интересов. Торговля нейтральных стран приносила немалую прибыль, но активизация войны на море в конце столетия стала означать, что суда нейтральных государств оказывались между двух огней - обе воюющие стороны старались перекрыть каналы снабже­ния противника. Это привело к роковому решению копенгагенского правительства об организации караванов торговых судов охраной военных кораблей. Последовали неизбежные столкновения с английскими военными кораблями, и в 1880 году Дания-Норвегия вернулась. в ряды возглавляемого Россией Союза вооруженного нейтралитета в надежде, что столь мощная группировка держав сможет убедить британцев признать неприкосновенность нейтральных конвоев. Однако реакция Британии была иной: она отправила к Копенгагену сильную эскадру и, после того как принц-регент, вскоре ставший королем Фредериком VI отверг предложение об оборонительном союзе, го­род был подвергнут разрушительной бомбардировке с моря. В позиции Датско-норвежского королевства в период наполеоновских войн выразилась фундаментальная дилемма, стоявшая перед двуединой монархией. В стратегическом отношении. а также точки зрения торгово-экономических интересов, направления основных ориентаций двух его составных частей королевства расходились. В си­лу географического фактора судьба Дании, и в особенности ее безо­пасность от иностранных вторжений, была связана с Балтийским морем и континентальной Европой. Норвегия, также по причинам гео­графического положения была развернута к Северному морю и Северной Атлантике. И точ­но так же, как Дания не могла позволить себе вызвать враждебность какой-либо из держав господствующих на континенте, так и Норвегии было необходимо поддерживать мирные отношения с великими морскими державами. В ходе наполеоновских войн Франция наложи­ла запрет на торговлю Англии с портовыми городами на континенте и осуществляла эту блокаду, захватывая и конфискуя в любые суда, занимавшиеся подобной торговлей. Англия, из-за ее зависимости от снабжения морем, нуждалась, как минимум, в благо­желательном нейтралитете Дании-Норвегии, чтобы сохранить до­ступ к балтийской торговле. В сложившейся обстановке Дания опаса­лась Франции больше, чем Британии, тогда как интересам Норвегии больше соответствовал бы союз с Великобританией. В 1807 году, столкнувшись с колебаниями принца-регента, англичане решили форсировать решение вопроса. Поскольку Дания-Норвегия по-прежнему отказывалась занять сторону Британии, Копенгаген вновь подвергся нападению, а весь датско-норвежский флот захва­чен и насильственно уведен в британские порты. После этого регент за­ключил союз с Францией, и началась растянувшаяся на семь лет война с Великобританией, в ходе которой Норвегия становилась все более изолированной. Английские военные корабли патрулировали проливы Каттегат и Скагеррак, перехватывая суда с зерном и другими жизненно необходимыми для Норвегии товарами. Швеция присоеди­нилась к антифранцузской коалиции и также стала противником Да­нии-Норвегии. Попытки шведов вторгнуться в Норвегию были отби­ты норвежской армией. Однако война на два фронта - против Швеции на суше и против Англии на море, приносившая огромные лишения населе­нию страны, неизбежно порождала ощущение, что король Фредерик VI и его правительство просто оставили Норвегию в одиночестве. Чтобы продемонстрировать свою озабоченность проблемами Норвегии, коро­на создала в Кристиании Правительственную комиссию во главе с принцем Кристианом Августом. Как только комиссия начала работать, она сразу же потребовала: либо Дания изменит свой внешнеполитиче­ский курс, либо она позволит Норвегии попытаться самой достичь се­паратного перемирия с Англией и Швецией. В то же время во влиятель­ных норвежских кругах начала распространяться идея об автономии Норвегии, связанной со Швецией в форме персональной унии. Анало­гичные идеи имели хождение и в Швеции, набирая силу после того, как в 1809 году Россия захватила ее финскую провинцию. Для того чтобы спо­собствовать союзу с Норвегией, шведское дворянство избрало принца Кристиана Августа своим престолонаследником в надежде, что это по­будит норвежцев порвать с Данией. Как выяснилось, Кристиан Август не желал использовать свое положение главы правительственной комиссии в Норвегии и шведского престолонаследника в целях разрыва унии с Данией. В январе 1810 года Кристиан Август стал шведским наследным принцем под именем Карла Августа. Но в мае 1810 года он умер. После этого шведы избрали престолонаследником наполеоновского маршала Жана Батиста Бернадота, принявшего имя Карла Юхана. Внешнеполитические советники короля предупреждали, что сохранение союза с Францией может по-прежнему вызвать в Норве­гии сепаратистские настроения. Но возмущение короля действиями англичан в 1801 и 1807 годов и его слепая вера в непобедимость Наполе­она заставляли его отмахиваться от этих советов. Тем не менее, он со­гласился подписать монарший указ об открытии университета в Кристиании. Тем временем завязались мирные переговоры с Швецией, и англичане начали выдавать лицензии норвежским судам на перевозку жизненно необходимых импортных товаров. Положение Норвегии несколько облегчилось. В это время у Бернадота возникла идея получить Норвегию для Швеции в качестве компенсации за вероятную утрату Финляндии. Наполеон отказался поддержать его план, и он порвал с ним. Россия по собственным соображениям также вышла из наполеоновской коалиции. И в 1812 году договор государей был подписан и скреплен печатями: русский царь Александр I обещал поддер­жать план Карла Юхана о присоединении Норвегии в обмен согласие шведов с российским суверенитетом над Финляндией. Катастрофическая кампания Наполеона в России в 1812-1813 годов со­провождалась зрелищем того, как европейские государи буквально расталкивали друг друга торопясь примкнуть к антифранцузской коалиции. В этой свалке Кapл Юхан выступил с обещанием ак­тивного участия шведской армии в войне против своего бывшего императора, в обмен на что Великобритания и Пруссия пообещали поддержать его притязания на Норвегию. Что касается датского короля, то ему уже было поздно переходить на другую сторону. Его запоздалое предложение мира с антинаполеоновской коалицией на условиях уступки Шве­ции большой территории в Центральной Норвегии было отвергнуто. Английский флот возобновил блокаду Дании-Норвегии. Норвегия была поставлена на грань голода. Осенью 1813 года, после того как он принял участие в разгроме наполеоновской армии при Лейпциге, Карл Юхан выступил в поход на Данию, и датскому королю Фредерику VI не оставалось ничего другого как склониться перед диктатом шведского наследного принца, поддержанного могучей коалицией держав. Четырнадцатого января 1814 года 1 в городе Килъ на севере Германии был подписан договор, согласно которому Норвегия передавалась со всеми правами владения и суверенитета королю Швеции, составляя королевство, объединенное со Шведским королевством.

3. Шведско-норвежское королевство.

3.1. Первый период существования унии 1814-1845 годы.

В 1814 году Норвегия стала частью соединенного Шведско-норвежского королевства. Кильский договор положил начало политическому процессу, в рамках которого можно выделить три разные линии поведения. Первая из них была связана с попыткой восстановления датско-норвежской унии, хотя и в новой форме. Вторая линия была направлена на приня­тие союза со Швецией, но в виде персональной унии на основе полной автономии Норвегии. Целью сторонников третьей линии была полная независимость Норвегии.

Союз между Швецией и Норвегией означал, что обе страны проводили общую внеш­нюю политику и связали себя оп­ределенными обязательствами в области обороны. Главным связующим звеном между странами был общий король. Ослабление ко­ролевской власти в XIX веке означало и ослабление унитарных свя­зей вплоть до расторжения унии в 1905 году.

Если говорить объективно, едва ли эта личная уния может рассматриваться как неудавшаяся. Пе­риод унии отличался стабильным миром, что не имело исторических аналогов. Благодаря союзу двух стран норвежский флот превратился в один из крупнейших в мире.

Шведские историки Ян Мелин, альф. В. Юханссон и Сюзанна Хденборг характеризуют шведско-норвежскую унию так: «…с политической точки зрения, уния была с самого начала уродливой конструкцией, вызывав­шей негативную реакцию у националистов, как в Норвегии, так и в Швеции».[11] Ведь уния не была заключена с добровольного согласия сто­рон, она основывалась на принуж­дении. На момент заключения унии Датская провинция Нор­вегия была передана по условиям Кильского мира 1814 года шведскому королю в знак благодарности ве­ликих держав за вклад Швеции в войну против Наполеона Бонапарта. Норвежцы, однако, перечеркнули эти пла­ны, объявив себя независимым государством со своей демократичес­кой конституцией.

По конвенции, принятой после недолгой шведско-норвежской войны, Швеция принудила Норвегию заключить унию. Но этого оказалось недостаточно шведским национали­стам, которые надеялись компенси­ровать свои потери на Финляндии в 1809 году приобретением норвежских территорий. Норвеж­ские националисты сначала имели все основания быть довольными, но вскоре настойчиво и не без ус­пеха воспротивились попыткам Карла XIV Юхана вернуть поте­рянные территории. Так прошел пер­вый период существования унии до 1845.

3.2. Второй период существования унии 1845 – 1875 годы.

Сын короля Оскар I, вступив­ший на престол в 1845 году, наметил курс, предполагавший ослабление напряженности и плодотворное со­трудничество. Эта политика была свойственна второму периоду существования унии. Символическое равенство в поло­жении двух стран, в котором снача­ла Норвегии было отказано, впос­ледствии все больше становилось реальностью. Но планы превратить личную унию в настоящий союз все больше казались утопическими, учитывая безразличное отношение к ней в Норвегии. Вопреки активной поддержке Россией идей автономной Норвегии, Швецией активно велась антирусская пропаганда. С 1840-х по 1860-е годы, для норвежских либералов было естественно обозначить свое негативное отношение к России. Норвежский историк Йенс Петер Нильсен в своей статье «Образ России в Норвегии времени шведско-новежской унии» пишет об антирусской пропаганде в Норвегии следующее: «В Кристиании было также распространено мнение, что Россия стояла в 1820-е – 1830-е годы на стороне Швеции и противодействовала достижению Норвегией равноправного положения в унии. Поговаривали, будто распустить Стортинг в 1836 г. Карла Юхана вынудило давление со стороны России».[12]

3.3. Швеция и Норвегия в годы Крымской войны.

Крымская война 1853 - 1856 годов была вызвана попыткой России устано­вить контроль над Чёрным морем и выходом в Средиземное море. Когда в июле 1853 года российские войска вступили на территорию придунайских княжеств, турецкий султан объявил России войну, а в марте следующего года Англия и Франция выступили на стороне Турции. Объединенные королевства Швеции и Норвегии, а также Дания, заявили о своем нейтралитете в этом конфликте, но король Оскар I вел закулисную деятельность по вовлечению в войну объединенных королевств на стороне западных держав. Целью короля Оскара I по мнению Улава Ристе «было ос­лабить позиции России в Северной Европе, а возможно и проло­жить путь для возвращения Финляндии и Аландских островов под власть Швеции».[13] Для подкрепления своих усилий он оживил старую идею об экспансионистских планах России по овладению незамерзающими портами на побережье Финмарка, и в ноябре 1855 года подписал договор с Англией и Францией, по которому эти две дер­жавы предоставляли гарантии территориальной целостности королевства Швеции-Норвегии против покушений России. Однако, не смо­тря на попытки короля Оскара при влечь внимание держав-союзниц к северному театру, ареной боевых действий по прежнему остава­лось Причерноморье. В Норвегии военные приготовления привели к резкой конфронтации с правительством и Стортингом. Намест­ник Норвегии Северин Лёвеншельд неоднократно предостерегал короля от вовлечения обеих стран в войну и, в конце концов, подал в отставку со своего государственного поста.

3.4. Третий период существования унии 1875 – 1905 годы.

Третий период су­ществования унии стал поистине затянувшейся агони­ей. Норвежская крестьянская пар­тия под руководством Юхана Свердрупа и Бьёрнстер­не Бьёрнсона использовали любой удобный случай для борьбы за рас­ширение демократии и парламентаризма. Это была не просто борьба против растущего влияния королевской власти, но она была направлена против иностранной королевской власти. Что касается Швеции, то здесь ультраправые силы с мощным влиянием в первой палаты риксдага имели возможность проводить аг­рессивную антинорвежскую политику. В 1890-х годах кризисы унии следовали один за другим, вызван­ные неприемлемыми требованиями норвежской стороны, касавшимися разделения консульской и дипломатической службы. Когда стортинг 7 июня 1905 го­да объявил Оскара II низложенным, это решение вызвало одо­брение норвежского народа. На всенародном голосовании норвеж­цев, провести которое настоятельно требовали возмущенные шведы, 368 тыс. были против унии и 184 тыс. за нее. Нависшую опас­ность войны предотвратило Карлстадское соглашение, заключенное после переговоров в сентябре 1905 года. Фактическое расторжение унии прошло легко. Но в идеологичес­ком плане в союзе было мно­го проблем, затрагивавших пре­стиж двух стран, и они оставили незаживающие шрамы. В Норве­гии считалось, что борьба против иностранного вмешательства была доблестной. В этом смысле 1905 год означал успех, который, по мне­нию крайних норвежских нацио­налистов, даже превосходил осво­бождение 1814 года. В Швеции, на­против, считалось, что политика по отношению к Норвегии была слишком порядочной.

С расторжением унии националисты в Швеции получили стимул для нового накопления сил, ко­торые теперь были направлены не на внешнеполитические, а на внут­ренние проблемы страны. Вряд ли было бы ошибкой утверждать, что успешное развитие таких движений, как «Движение родного края» и «Движение собственного дома» или проведение избирательной реформы 1907 года - следствие произо­шедших перемен.

4. Идеи скандинавизма как культурные и социально-политические отголоски Кальмарской унии.

Впервые скандинавизм появился в Дании в 20-х годах XIX века как идейная поддержка борьбы за расширение национального рынка. Проводниками этой теории были в то время в первую очередь студенты, учёные и литераторы. Этот период назывался «академическим» или «литературным скандинавизмом». После революции 1849 года в Дании скандинавизм приобрёл антинемецкий и отчасти великодатский характер.

В Швеции идеи скандинавизма использовала в первую очередь монархия, рассчитывая объединить все скандинавские страны под эгидой шведской короны. Идеи скандинавизма нашли отражение в тексте гимна Норвегии 1864 года, написанного Бьёрнстьерне Бьёрнсоном. Примером этого могут послужить строки «И теперь три брата вместе Мы навек стоим!»[14]

Династический скандинавизм в 50-х годах ХIX века приобрёл ярко выраженную антироссийскую окраску. Однако к 60-м годам в Дании и Швеции сложились различные взгляды в понимании скандинавизма. Если для датчан скандинавизм был в первую очередь военно-политической и идейной поддержкой против прусской экспансии, то для шведского правительства он стал идеологическим обоснованием политики расширения пределов страны. Серьёзный удар по идеологии скандинавизма нанёс отказ Швеции помочь Дании в отражении нападения Пруссии во время датской войны 1864 года.

Попытки спасти скандинавизм как в форме экономического путём создания Скандинавского монетного союза 1872 - 1914 годов. Во второй половине XIX столетия политики скандинавских стран отказались от проведения в жизнь политических целей скандинавизма, так как это мешало вести, в том числе и конкурентную, экономическую борьбу друг с другом.

В 1903 - 1918 годах скандинавизм выступал как течение, при помощи которого политическая верхушка Швеции пыталась предотвратить предоставление независимости Норвегии. В 1919 - 1924 годы скандинавизм выполнял по большей части культурно-просветительские задачи. Тенденции к политическому, экономическому и культурному единству возросли в 50-х годах ХХ столетия после создания Северного совета.

Заключение.

Проведя подробный анализ необходимых источников и научно-исследовательской литературы, можно сделать нижеприведенные выводы.

Историю всех Скандинавских стран и каждого из северных народов в частности можно разделить на две части: историю страны в составе какой-либо из скандинавских уний и на историю того суверенного государства. Причем история каждого из скандинавских государств более насыщенна и плодотворна именно в период его пребывания в составе северных уний.

Таким образом, можно смело сказать, что скандинавские союзы играли ключевую роль не только в мировой истории и в истории международных отношений в особенности, но и в становлении и развитии самих скандинавских стран.

Во все времена, от эпохи викингов до наших дней, скандинавские народы всегда старались держаться вместе. Для них всегда было важно чувствовать рядом плечо верного брата. Страны Скандинавии так легко объединялись в союзы между собой по многим причинам, одной из которых, несомненно, является единая общескандинавская культура. Немалую роль в создании уний сыграла и схожесть языков, подкрепляемая междинастическими браками между скандинавскими монархами.

Список использованных источников и литературы.

I. Источники:

1. Государственный гимн королевства Норвегия с 1864 года http://www.norge.ru/gimn/

2. А. Матвеев – Ф. Головину, 11 марта 1700 года. – ЦГАДА, ф. 50, оп. 1700, ед. хр. 4, л. 10.

3. Kalmarunionen. Unionsbrevet 1397 år. http://sv.wikisource.org/wiki/Unionsbrevet

II. Литература:

4. Возгрин Валерий Евгеньевич. Россия и европейские страны в годы Северной воны : история дипломат. Отношений в 1697-1710 гг. / Возгрин Валерий Евгеньевич. – Л. : Наука, Ленингр. Отд-ние, 1986. – 295 с.

5. Мелин Ян, Юханссон Альф В., Хеденборг Сюзанна. История Швеции/Пер. со швед. – М.: Издательство «Весь Мир», 2002. – 400 с.

6. Скандинавские чтения 2004 года. Этнографические и культурно-исторические аспекты. / Т.А. Шрадер, И.Б. Губанов. – СПб. : Кунсткамера, 2006. – 519 с.

7. Улав Ристе. История внешней политики Норвегии / Пер. с англ. – М. : Издательство «Весь мир», 2003, - 416 с. – (Тема)

8. Швеция и шведы в средневековых источниках / пер., предисл., коммент. А.Д. Щеглова, В.В. Рыбакова, А.Ю. Кузиной ; [сост. И отв. Ред. А.Д. Щеглов] ; Ин-т всеобщ. Истории РАН. – М. : Наука, 2007. – 367 с.

9. Bergsgård Arne. Året 1814: Unionen II. Forlagt av H. Aschehoug & CO. Oslo 1945.

10. Fuglestad Finn. Fra svartedauden til weiner-kongressen : Den vesterlandske kulturkrestens historie 1347-1815 i et globalt-sammenliknende perspektiv. Cappelen Akademisk Forlag. Oslo, 1999.

11. Norge-Russland : naboer gjennom 1000 ar / redaktorer Daniela Buchten, Tatjana Dzjakson, Jens Petter Nielsen ; [oversettelser fra russisk til norsk: ... Tore-Jarl Bielenberg ... [et al.] ; oversettelser fra norsk til russisk: Aleksandr Busygin ... [et al.]]. - Oslo : Scandinavian Academic Press, 2004.




[1] Швеция и шведы в средневековых источниках / пер., предисл., коммент. А.Д. Щеглова, В.В. Рыбакова, А.Ю. Кузиной ; [сост. И отв. Ред. А.Д. Щеглов] ; Ин-т всеобщ. Истории РАН. – М. : Наука, 2007. – стр. 249.

[2] Kalmarunionen: «som fore screfuet star, tha hafuom wi Jæcop oc Hinric aff Gudz nadh erchebiscope j Lund oc j Wpsalæ, Pæther oc Knut met samma nadh i Roskilde oc i Lyncopunk biscopæ, Karl aff Toftæ, Jønes Anderssøn, Sten Beyntsson, Jønes Rut, Thure Beyntssøn, Folmar Jacobssøn, Erengisl, Pæther Nielssøn aff Agarth oc Algut Magnussøn, riddere, Arent, prouest j Oslo, Amund Bolt, Alff Harilssøn og Goute Erikssøn, riddere, ladit wora incigle met goth wilghæ henges for thettæ breff »

[3] Kalmarunionen: «1. Først at nw scule thisse thry riken hafue thenne koning, som ær koning Eric, j hans lifdaghe»

[4] Kalmarunionen: «scule wnder en koning oc herræ oc blifuæ som et rike»

[5] Улав Ристе. История внешней политики Норвегии / Пер. с англ. – М. : Издательство «Весь мир», 2003, - стр. 41.

[6] Скандинавские чтения 2004 года. Этнографические и культурно-исторические аспекты. / Т.А. Шрадер, И.Б. Губанов. – СПб. : Кунсткамера, 2006. – стр. 137.

[7] Скандинавские чтения 2004 года. Этнографические и культурно-исторические аспекты. / Т.А. Шрадер, И.Б. Губанов. – СПб. : Кунсткамера, 2006. – стр. 138.

[8] Улав Ристе. История внешней политики Норвегии / Пер. с англ. – М. : Издательство «Весь мир», 2003, - стр. 45.

[9] Возгрин Валерий Евгеньевич. Россия и европейские страны в годы Северной воны : история дипломат. Отношений в 1697-1710 гг. / Возгрин Валерий Евгеньевич. – Л. : Наука, Ленингр. Отд-ние, 1986. – стр. 27.

[10] А. Матвеев – Ф. Головину, 11 марта 1700 года. ЦГАДА.

[11] Мелин Ян, Юханссон Альф В., Хеденборг Сюзанна. История Швеции/Пер. со швед. – М.: Издательство «Весь Мир», 2002. – стр.218.

[12] Norge-Russland : naboer gjennom 1000 ar / redaktorer Daniela Buchten, Tatjana Dzjakson, Jens Petter Nielsen ; [oversettelser fra russisk til norsk: ... Tore-Jarl Bielenberg ... [et al.] ; oversettelser fra norsk til russisk: Aleksandr Busygin ... [et al.]]. - Oslo : Scandinavian Academic Press, 2004. стр. 94.

[13] Улав Ристе. История внешней политики Норвегии / Пер. с англ. – М. : Издательство «Весь мир», 2003. – стр. 78.

[14] Государственный гимн Норвегии с 1864 года. http://www.norge.ru/gimn/



Важно знать о Норвегии Шерстянкин Геннадий Александрович - НАЦИОНАЛЬНО-ОБЪЕДИНИТЕЛЬНЫЕ ПРОЦЕССЫ В СТРАНАХ СКАНДИНАВИИ В КОНТЕКСТЕ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ

Шерстянкин Геннадий Александрович - НАЦИОНАЛЬНО-ОБЪЕДИНИТЕЛЬНЫЕ ПРОЦЕССЫ В СТРАНАХ СКАНДИНАВИИ В КОНТЕКСТЕ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ


Библиотека и Норвежский Информационный Центр
Норвежский журнал Соотечественник
Общество Эдварда Грига

на правах рекламы:

Норвегия

Полезная информация о Норвегии В большей степени, чем какая-либо другая, Норвегия - страна контрастов. Лето здесь очень непохоже на осень, осень - на зиму, а зима - на весну. В Норвегии можно обнаружить самые разнообразные, отличающиеся друг от друга пейзажи и контрасты.
Территория Норвегии такая большая, а население столь немногочисленно, что здесь есть уникальная возможность для отдыха наедине с природой. Вдали от промышленного загрязнения и шума больших городов Вы сможете набраться новых сил в окружении девственной природы. Где бы Вы ни были, природа всегда вокруг вас. Пообедайте в городском уличном ресторане, прежде чем отправиться в поездку на велосипеде по лесу или перед купанием в море.
Многие тысячи лет назад огромный слой льда покрывал Норвегию. Ледник оседал в озёрах, на дне рек и углублял обрывистые долины, которые протянулись по направлению к морю. Ледник наступал и отступал 5, 10 или, возможно, даже 20 раз, прежде чем окончательно отступить 14.000 лет назад. На память о себе ледник оставил глубокие долины, которые заполнило море, и великолепные фьорды, которые многие считают душой Норвегии.
Викинги, в числе других, основали здесь свои поселения и использовали фьорды и небольшие бухты в качестве главных путей сообщения во время своих походов. Сегодня фьорды более знамениты своими впечатляющими пейзажами, нежели викингами. Уникальность их в том, что здесь по-прежнему живут люди. В наши дни высоко наверху на холмах можно найти действующие фермы, идиллически примкнувшие к склонам гор.
Фьорды имеются на протяжении всей норвежской береговой линии - от Осло-фьорда до Варангер-фьорда. Каждый из них по своему прекрасен. Всё же, самые известные на весь мир фьорды расположены на западе Норвегии. Некоторые из крупнейших и мощнейших водопадов также находятся в этой части Норвегии. Они образуются на краях скал, высоко над Вашей головой и каскадами срываются в изумрудно-зелёную воду фьордов. Столь же высоко находится скала «Церковная кафедра» ( Prekestolen ) - горный шельф, возвышающийся на 600 метров над Люсефьордом в Рогаланде.
Норвегия - вытянутая и узкая страна с побережьем, которое настолько же прекрасно, удивительно и разнообразно, как и остальная её территория. Где бы Вы не находились, море всегда поблизости от вас. Неудивительно, поэтому, что норвежцы - столь опытные и искусные мореплаватели. Море долгое время являлось единственным путём, связывающим прибрежные районы Норвегии - с её вытянутой на многие тысячи километров береговой линией.


Рекомендуем посетить:

Ссылки на полезные ресурсы:


SpyLOG Rambler's Top100 Рейтинг www.intergid.ru Каталог-Молдова - Ranker, Statistics Counter

НАЦИОНАЛЬНО-ОБЪЕДИНИТЕЛЬНЫЕ ПРОЦЕССЫ В СТРАНАХ СКАНДИНАВИИ Назад Вверх 
Проект: разработан InWind Ltd.
Написать письмо
Разместить ссылку на сайт Norge.ru